11 января 2012 г.

Коммерческая тайна: кругом-МАРШ! Часть вторая

Как и обещал в первой публикации на эту тему, вторая часть соображений про некоторый откат в отношении исключительных прав обладателей коммерческих секретов.
Ситуация связана с существующей в течении многих лет коллизии между законом «Об акционерных обществах» и законодательством о коммерческой тайне. Проблем, связанных между собой, две.
Первая заключается в том, что  ФЗ-98 «О коммерческой тайне» определяет порядок передачи информации, составляющей коммерческую тайну организации, работникам – на основании трудовых договоров, контрагентам – на основании гражданско-правовых договоров, органам власти – в рамках их деятельности, естественно, без договоров. А вот с участниками обществ, акционерами в том числе, отношения не регулируются никак.
Вторая проблема состоит в том, что ст.91 ФЗ-208 «Об акционерных обществах» обязывает общества обеспечить акционерам доступ к документам, предусмотренным пунктом 1 ст.89 того же закона. А там, среди прочего, перечислены документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе, внутренние документы общества (?) и протоколы заседаний совета директоров (наблюдательного совета), ревизионной комиссии и коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции).
Кстати, возникает еще одна коллизия в связи с новой редакцией ФЗ-402 от 6 декабря 2011 года «О бухгалтерском учете». Как я уже писал, теперь «в отношении бухгалтерской (финансовой) отчетности не может быть установлен режим коммерческой тайны». В соответствии со ст.91 ФЗ «Об акционерных обществах», к документам бухгалтерского учета и протоколам заседаний коллегиального исполнительного органа имеют право доступа акционеры, имеющие в совокупности не менее 25 процентов голосующих акций.
Т.е. вроде как к бухгалтерскому учету (кроме отчетности) и протоколам правления доступ миноритариям ограничить можно. А вот к материалам совета директоров – никак.
После исков А.Навального к акционерным обществам, акциями которых он владеет (а иски касались как раз отказов в предоставлении протоколов советов директоров) 18.01.2011 г. Конституционный суд выдал замечательную формулировку: «Достижение конституционно значимого баланса интересов акционеров и АО предполагает, что право акционеров на доступ к документам общества должно осуществляться без нарушения прав и законных интересов как самих акционеров, так и АО как самостоятельного субъекта гражданского оборота, заинтересованного в сохранении конфиденциальности коммерчески значимой для него информации». И далее: «Акционерное общество вправе установить адекватный режим доступности информации по вопросам, отнесенным законом и корпоративными нормативными актами к компетенции совета директоров и исполнительного органа акционерного общества». Вывод из этого не менее витиеват: «В делах, связанных с предоставлением информации, эффективный судебный контроль подразумевает как оценку правильности определения режима доступности информации с точки зрения наличия конфиденциальной информации, касающейся текущей хозяйственной деятельности, так и оценку обстоятельств конкретного дела, позволяющих выявить в действиях как АО, так и акционера злоупотребление правом, в том числе наличие необоснованного интереса в получении информации и иных признаков, которые указывают на намеренное создание объективных трудностей, способных отрицательно влиять на хозяйственную деятельность конкретного АО».
В тот же день (вот она, скорость реагирования на судебные решения, достойная подражания!) Президиум Высшего арбитражного суда (ВАС) РФ направил информационное письмо № 144, в котором очень просто растолковал, что «наличие в документах, запрашиваемых участником (акционером), коммерческой или иной охраняемой законом тайны не может быть безусловным основанием для отказа в предоставлении информации. Если документы, которые требует предоставить участник хозяйственного общества, содержат конфиденциальную информацию о деятельности общества, в том числе коммерческую тайну, общество, прежде чем передать соответствующие документы и (или) их копии, может потребовать выдачи расписки, в которой участник подтверждает, что предупрежден о конфиденциальности получаемой информации и об обязанности ее сохранять».
Про расписку я скромно умолчу, хотя ФЗ-98 никакого способа регулирования отношений, связанных с коммерческой тайной, кроме как гражданско-правовых или трудовых договоров не предполагает, а расписка в российском правоприменении как способ регулирования отношений участников – нечто загадочное.
Надо сказать, что судебная ветвь власти далеко не всегда так лояльно относилась к миноритарным акционерам, претендующим на знание коммерческих секретов общества, участниками которого они являются.
Так, в Постановлении Федерального арбитражного суда Уральского округа от 07.09.2000 г. по делу N Ф09-1246/2000-ГК суд прямо указал, что в предоставлении информации, составляющей коммерческую тайну, есть ограничения, следовательно, акционерное общество вправе не допускать своих акционеров к документам, которые составляют коммерческую тайну.
Тональность решения стала резко меняться к концу нулевых годов. Показательно в этом отношении Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.12.2010 г. № А32-18173/2009 по иску о предоставлении бухгалтерской отчетности ООО «ЮгРеестр» его участнику – ОАО «Финансовый партнер». Суд указал, что возможность разглашения участниками предоставленной конфиденциальной информации о деятельности общества не может служить основанием для отказа в удовлетворении законных требований. Право участника общества на ознакомление с документами общества является неограниченным. Невыполнение участником общества либо его представителем обязанности не разглашать конфиденциальную информацию, не является основанием для отказа в реализации указанного права участника, а может служить основанием для применения мер гражданско-правовой ответственности или исключения из числа участников общества.
Отсюда еще один рецепт для обладателей коммерческих секретов: ищите новые формулировки, позволяющие охранять в режиме коммерческой тайны финансовую информацию, изменяйте содержание протоколов органов управления. Категорий сведений, которые могут охраняться в режиме коммерческой тайны, становится все меньше. Тем большее внимание надо уделять защите тех, которые действительно требуют обеспечения конфиденциальности на деле, а не на бумаге, и остаются под охраной их законных владельцев.

7 комментариев:

  1. > Категорий сведений, которые могут охраняться в режиме коммерческой тайны, становится все меньше.

    Я вижу ситуацию по-другому: "круг лиц, имеющих право на доступ к ИКТ на законных основаниях, становится все больше". И, как мы с Вами обсуждали на Инфобезе, коллизию с "распиской" можно обыграть в виде договора гражданско-правового характера "О предоставлении информации и обязанности обеспечивать ее конфиденциальность". И все довольны: и 98-ФЗ (договор ГПХ с контрагентом-физиком, ибо контрагентом считается лицо, с которым заключен договор ГПХ и здесь круг замкнулся), и обязательства, и расписка (о чем писал КС) - все в одном флаконе.

    ОтветитьУдалить
  2. Я думаю, все-таки категорий сведений. "Что знают двое, знает и свинья". Нет смысла охранять то, что потенциально известно миллионам акционеров. Исключительные права на КТ сохраняются только, пока обеспечивается конфиденциальность - так в ч.4 ГК. А расписка - она расписка и есть. Писал, кстати, не КС, а ВАС. Хотелось бы, чтобы суды, особенно высшей инстанции, оперировали терминами закона, а не заставляли нас придумывать схемы про расписку-ГПД. Кстати, не факт, что суд любой инстанции согласится с тем, что расписка - это ГПД. Со всеми вытекающими.

    ОтветитьУдалить
  3. Ключевое слово - потенциално. Есть информация которую АО обязано раскрывать по закону - оно это делает. Все остальное в принципе может быть закрыто. И акционерам, 99,9 процентам на это остальное наплевать - главное дивиденды и курс акций. Ну а остальным немногочисленным желающим провести бизнес разведку с одной акцией можно желание поубавить, заключив с ними соглашение о конфиденциальности. Так что смысл однозначно есть.

    ОтветитьУдалить
  4. Нет, Алексей, смысла. В соответствии с определением, ИКТ - информация, не известная на законном основании третьим лицам. И раскрываемая акционерам под это определение не подпадает (торгуемую акцию может купить кто угодно и до внесения в реестр он даже не известен), и, следовательно, инфа не охраноспособна и относить раскрываемую информацию к ИКТ нельзя. Так же как бухгалтерскую отчетность с 01.01.2013, даже если в соответствии с ФЗ об АО раскрывается она владельцам 25% акций. И самое главное. Читайте решения судов - право на доступ является неограниченным! И даже если акционер расписку а уж тем более ГПД, подписывать не хочет и не будет, инфу ему все равно раскрыть надо. А дальше - попытки регресса и прочее. Не верю! Уж лучше не связываться и не включать ИКТ в протоколы, вынося в отдельные документы.

    ОтветитьУдалить
  5. Я про это и говорю что не подпадает. А все что подпадает нужно защищать. Вы же сами пишете что акционер в принципе может получить доступ к любой информации. И если он не хочет подписывать расписку пусть истребует инфу в судебном порядке. Пока суд да дело - а там глядишь и законы поменяют да и ценность инфа потеряет.

    ОтветитьУдалить
  6. Неееааа. Акционер может получить доступ к информации, перечисленной в в ст.89 и 91 ФЗ об АО. Ее и относить не стоит. Суд - дело хорошее, но обоюдоострое. Можно и на возмещение ущерба (вреда) нарваться. Проще протоколы правильно писать.

    ОтветитьУдалить
  7. Да с протоколами-то все понятно. Ну а как быть тогда с этим - фраза из законодательства ))):

    > внутренние документы общества (?)

    Знак вопроса Ваш, ну и я поддерживаю. Получается, что под этой формулировкой можно понимать ЛЮБОЙ документ. И по-Вашему получается, что институт комтайны для АО превращается в пыль. Поправьте? )))

    ОтветитьУдалить