Уведомление о неучастии в Съезде российских ИТ-директоров

Уважаемые коллеги!

Хотел бы вас уведомить, что я не участвую (и не планировал) в Десятом Съезде российских ИТ-директоров Russian CIO Summit – 2012 и тем более не модерирую там секцию. Мое имя организаторы используют без моего ведома и согласия, а на просьбы исправить ситуацию не реагируют. Поэтому вынужден сообщить об этом сам.

Название секции, которую я якобы должен был модерировать, -  «CIO как центр безопасности. Поддержание непрерывности и борьба с угрозами бизнесу», также придумано организаторами и не имеет ко мне никакого отношения.  Я вовсе не считаю CIO центром безопасности.

Желающим посетить мероприятие, возможно, стоило бы предварительно проверить программу. В ситуации со мной это откровенное «разводилово».

Ссылку на мероприятие не даю, поскольку:

1.     Рекламировать его не собираюсь.

2.     Сайт организаторов конференции содержит вредоносный контент:

DLP как термометр уровня информационной безопасности в бизнесе

В прошедшую пятницу бодро, при хорошем стечении народа, и в современном стиле с диванчиками на сцене, яблоками и огромными плазменными панелями прошла V международная конференция DLP-Russia. 

Не готов комментировать всю программу, тем более, что секции шли в трех параллельных потоках. Поэтому впечатления сугубо субъективные – от реакции на мою презентацию про судебный процесс, связанный с увольнением за разглашение коммерческой тайны, и от итоговой панельной дискуссии об охране объектов интеллектуальной собственности.

Как-то так получилось, что аналитики нашего агентства в последнее время глубоко погрузились в тему судебной практики, связанной с вопросами, традиционно относящимися к сфере информационной безопасности. Интерес к этим вопросам активно проявляют клиенты, к которым пришло понимание того, что дело вовсе не в эффективности разбора протоколов межсетевым экраном или эффективности эвристической компоненты системы предупреждения вторжений. Дело в деньгах – потерянных или приобретенных по результатам деятельности подразделения ИБ. Про эти проблемы я уже писал не раз и не два. И, тем не менее, обсуждение презентации про решение Достоевского райсуда города Обломова показывает, что для многих коллег, причем самого разного возраста, тема остается неожиданной, и к ее проблемам большинство из них не готовы (презентация здесь). 

Дискуссии последних лет о том, насколько специалистам в области ИБ необходима качественная юридическая подготовка, упирается в стену с другой стороны. Практика общения с заказчиками, как реальными - на проектах, так и потенциальными – на курсах и семинарах, показывает, что юрисконсульты наших предприятий и организаций к обсуждению проблем интеллектуального и информационного права не готовы. Они в большинстве своем – хорошие цивилисты-практики, умеющие отстоять свою позицию в суде при оценке выполнения договорных обязательств или взыскании дебиторки. Но вот исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности, охраноспособность информации как секрета производства или правомерность обработки персональных данных без явно выраженного согласия субъекта вызывает легкую оторопь как минимум. С другой стороны, на курсах по проблемам применения законодательства о коммерческой тайне и персональным данным, особенно вне Москвы, специалистов по безопасности у меня практически не осталось. Сплошь юристы. Т.е. проблема явно есть, а ее решения пока не видно. То ли безопасники получат второе высшее и станут еще и правовиками, то ли юрисконсульты разберутся в принципиально новой тематике, что, как говорил товарищ Сухов, вряд-ли – уж очень она специфическая и требует знаний, в их обычной деятельности не использующихся. 

В этих обстоятельствах порадовала панельная дискуссия «Защита интеллектуальной собственности и информационных активов предприятия» и совсем не потому, что она прошла под моим модерированием ;). 

Порадовала в первую очередь составом участников, приглашенных организаторами.  Андрей Селезнёв, директор по развитию бизнеса компании Marussia Motors, которая обещает в ближайшее время взрыв российского автопрома, вечного Infant Terrible отечественной экономики. Рустэм Хайретдинов, последовательно и уверенно выступавший как топ-менеджер двух компаний-разработчиков софта, а не средств защиты информации. Владимир Звейник, заместитель директора по безопасности, начальник управления Федеральной уполномоченной организации «Универсальная электронная карта», в недавнем прошлом работавший в «Рособоронэкспорте» и спецслужбах.
Взгляд на интеллектуальную собственность и способы ее защиты с трех совершенно разных, не коррелирующих сторон, неожиданно оказался очень близким. Оказывается, режим коммерческой тайны, не останавливающий бизнес и не заливающий носители информации бетоном, бизнесом востребован. И соответствие требованиям регуляторов воспринимается положительно, даже если эти регуляторы бизнесу не помогают, но риски, в первую очередь, государственные, создают. И нормотворчество, которое часто пытаются назвать «бумажной безопасностью», нужно, если, конечно, это не попытка прикрыть 50-ю сантиметрами бумаги известное место специалиста по ИБ. И нематериальные активы, и их стоимость могут быть понятны не только бухгалтерам, но и безопасникам, если они эти активы защищают.
Безусловно, нюансы есть. Рустэм говорил о скорости бега, позволяющей оторваться от конкурентов, пока они будут анализировать выпущенные лидером миллионы строк кода. Андрей прозрачно намекал на правильный выбор юрисдикции для защиты своих исключительных прав на новый узел автомобиля или изгиб его крыла, а также о правильной мотивации персонала. Владимир был более традиционен и не сомневался в действенности режима.

Но главным было то, что люди из совершенно разных сфер деятельности, действительно заботящиеся об исключительных правах на защищаемую информацию, могут договориться. Если они говорят о бизнесе, о прибыли и об убытках, о способах их взыскания. Если говорят об организации работы персонала, который знает все, но может это все отнести в клювике к конкуренту, а может стать грудью на защиту, когда это пытается сделать его коллега.

Конференция DLP – идеальное место для таких дискуссий. Потому что DLP-система (Data Leak Prevention - система предотвращения утечки информации) – практически единственное средство информационной безопасности, решающее исключительно бизнес-проблемы. И если организаторы конференции в следующем году продолжат эту линию, вовлекая в обсуждение топ-менеджмент, владельцев бизнес-процессов, юристов, финансистов, у конференции могут появиться совершенно новые качества. И тогда она станет уникальной на рынке.

Дайджест изменений законодательства по информационной безопасности за прошедший год

В четверг провел организованный Учебным Центром «Информзащита» вебинар «Изменения законодательства в области информационной безопасности и практики его правоприменения». Тяга к знаниям границ не знает, но организатор все же был вынужден остановить запись на вебинар за 10 дней до его начала, так как количество записавшихся достигло 500 человек и превысило технические возможности.

После часового дайджеста по затрагиваемым проблемам больше 40 минут отвечал на вопросы в чате. Как ни прискорбно, основная масса по-прежнему касается законодательства о персональных данных. Прискорбно, потому что тема формального соответствия, подкрепляемая поручением гаранта довести до конца дело с изменением штрафов, направляет работу огромного количества специалистов в сторону решения проблем, далеко не всегда критичных для организаций и предприятий с точки зрения реальных потребностей бизнеса. А это значит, что на действительно серьезные проблемы (а иногда и просто на их выявление) сил, ресурсов и времени будет недостаточно.

Для тех, кто не слушал или не успел записаться, но кому интересно – выкладываю презентацию. И еще раз - это не анализ проблем и не рецепты их решения. Это дайджест, ограниченный всего лишь 60 минутами. Поэтому многого там нет, а что-то – только очень кратко упомянуто. Но для тех, у кого следить за динамикой принятия нормативно-правовых актов нет ни возможностей, ни большого желания, презентация может быть полезной – хотя бы для того, чтобы просто сделать пометки и поглубже разобраться.

Добро пожаловаться!

В недавнем посте я писал про рост понимания мошенниками значимости персональных данных для изыскания дополнительных способов изъятия денег у населения. Но и население, естественно, не дремлет. Оно тоже начинает понимать эту самую значимость, свои права и возможности, а также задумываться над такой загадочной для русской души категорией, как компенсация морального вреда.

Наиболее способные сделали из этого целый бизнес. Вот, например, неожиданно ставшая широко известной в нешансонных кругах певица. Оказывается, она давно изобрела способ ловли «на живца», публикуя у себя сведения о своей собственной частной жизни, а потом тягая желтые или похоже окрашенные издательства к ответу за незаконное распространение персональных данных. Учитывая пиетет россиян к публичным  деятелям, суды принимают близко к своему судейскому сердцу проблемы знатока порядка посещения «мичетей», входят в ее сложное положение, и регулярно выписывают материальную помощь в несколько сот тысяч рублей, немного охлаждая запросы мастерицы вокала, измеряемые миллионами.

Не такие известные, но сознательные граждане тоже осваивает технику воздействия на операторов, использующих их личные данные без достаточных на то оснований или гораздо разнообразнее, чем предусматривалось при сборе. В «Отчете о деятельности Уполномоченного органа по защите прав субъектов персональных данных за 2008 год» (первом, опубликованном по данному вопросу) сообщалось, что за отчетный период в адрес службы поступило 146 обращений граждан, и в 86 из них граждане обжаловали действия конкретных операторов персональных данных, нарушающих, по их мнению, требования ФЗ-152. Примерно такое же количество обращений граждан – порядка 150 (4% всех обращений граждан в службу) – поступило в уполномоченный орган только во 2 квартале 2011 года. А потом темп роста резко изменился. В соответствии с последним отчетом за тот же период, 3 месяца, но уже во втором квартале 2012 года, количество обращений выросло в 6,5 (!) раз и достигло 975, что составило 17% всех поступивших в службу запросов.

Заметно и проникновение новых технологий в нашу жизнь. Если в 2009 году через сеть Интернет и по электронной почте в Роскомнадзор поступило примерно 20% всех обращений, то во 2-м квартале 2012 года – уже 66%, причем 15% - непосредственно через форму на официальном сайте сети Интернет.

Очень удобно, просто и быстро.

Как истинный естествоиспытатель, проверил на себе. Охотно делюсь впечатлениями.

Исходная обстановка: заспамили. Некая компания регулярно стала присылать мыло с рекламой (адресной – «Уважаемый(ая) Емельянников Михаил!»), и после двух тинькоффых подряд я не выдержал. Троекратное обращение к спамерам единственно возможным способом – через специальную форму на сайте ничего не дало. Тинькоффы продолжались. Между прочим, кроме широко и часто обсуждаемой ст.15 ФЗ-152, спам – еще и нарушение ст.18 ФЗ «О рекламе», за которое предусмотрена, в отличие от персональных данных, вполне конкретная ответственность – часть 1 ст.14.3 КоАП, до 500 тыс.рублей штрафа (нарушения, подведомственные Федеральной антимонопольной службе - ФАС). Статья работающая – см., например, здесь.

Вот я и настрочил две жалобы – на сайте Роскомнадзора и на сайте ФАС. Форма у ФАС отличается от роскомнадзоровской – там надо обязательно еще и почтовый адрес указать (это оказалось впоследствии вполне конкретной засадой). Кстати, найти форму для заполнения обращения на сайте ФАС совсем не просто – для нуждающихся - ссылка.

На сайте Роскомнадзора в качестве аргумента к жалобе можно прикрепить файл, с этим самым спамом, например. Имейте ввиду, файл – только один, поэтому если аргументов много, заранее сформируйте архив. Я такие файлики приаттачил. На сайте ФАС прикрепление файлов не предусмотрено.

ФАС получение жалобы на электронную почту квитирует (подтверждение получения, телефон канцелярии, где можно узнать входящий номер и департамент, рассматривающий обращение). Роскомнадзор – нет, обращение падает в пропасть. Повторное, кстати, - тоже.

Дальше – ждем по закону 30 дней.

Первое и занятное наблюдение – персональные данные жалобщика надзорными органами передаются … тому, на кого жалуешься. Генеральный директор спамера отзвонился быстро, оперативно, принес извинения, рассказал о шоке, вызванном попыткой узнать, кто я такой, через поисковики. Предложил компенсацию доставленных неудобств. Спам прекратился. Инцидент можно было бы посчитать исчерпанным. Но ведь интересно, что дальше будет!

Роскомнадзор (территориальное управление по месту нахождения спамера) отозвался строго по закону. Ответ – смотрите сами.

Он показался мне занятным. Естественно, никакое пользовательское соглашение я не заключал, форму на сайте не заполнял, а форма отписки от спама в письмах – мертвая, как уши у соответствующего осла. 

Что в госорганах – хорошо, так это уставной порядок. На письме – ФИО и телефон исполнителя. Звоню. Диалог – специально для Кафки:

- Я не заполнял пользовательского соглашения.

- Но Вы об этом не указали в жалобе.

- Я понятия не имею о его наличии и на сайте был единственный раз только с целью отписаться от спама.

- Вы не указали в жалобе, что не заполняли пользовательского соглашения.

- Откуда Вы знаете, что я его заполнял?

- Нам сообщил об этом генеральный директор компании, на которую Вы жалуетесь, и не верить ему у нас нет оснований.

- Я же жалуюсь на получение спама, на который я не давал согласия!

- Согласие на это есть в заполненном Вами пользовательском соглашении.

Все. Круг замкнулся.

Отсюда выводы. Отношение к публичным офертам (пользовательским соглашениям) и галочкам на страничках сайтов в Интернете, подтверждающим согласие субъекта на обработку его персданных, у некоторых (за все говорить не могу) территориальных управлений Роскомнадзора за последние годы радикально изменилось. Похоже, появилась презумпция невиновности оператора. Во всяком случае, в данной ситуации она очевидна. Жалобы надо писать тщательнее, с полным изложением аргументов. Сам по себе спам – еще не аргумент.

И про ФАС. Здесь все веселее. Ответ через 30 дней на электронную почту я не получил. Позвонил, дали телефон исполнителя. Диалог еще веселее, приводить не буду. Короче, ответ ушел на почту неэлектронную, воспроизвести его по телефону нельзя, получить ответ по электронной почте – тоже, поскольку таковы правила.

Опытным кляузникам читать все, что указано на сайте надзорного органа, надо обязательно. Перед формой обращения на сайте ФАС среди прочих есть фраза: «4. Ответ направляется на почтовый адрес. При необходимости получения ответа на электронный адрес, просим указать это в обращении». Не указал – жди ответа через Почту России, как соловей лета. Жду. Получу – расскажу.

К чему так многобукв? Если еще кто помнит, ФЗ-152 – про обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, а не про ведение реестра операторов. И наши с вами права и свободы – это и наши же проблемы. Так что если они нарушаются – добро пожаловаться! 

В старинном городе Обломове

На Достоевской стороне живет мальчишка (©Сергей «Чиж» Чиграков) Петька, а у него еще есть братик Андрюша и сестренка Татьяна. Петька в третьем классе учится, Андрюша – в первом, а Татьяна – большая, уже в восьмом. Живут они с мамой, а на соседней улице живет любимая бабушка, Елизавета Николаевна, папина мама, которая во внуках души не чает и невестку очень любит. Папу они давно не видели. Петька с Андрюшей думают, что папа деньги где-то далеко на их жизнь зарабатывает, а взрослой Татьяне мама сказала, что папа он них ушел. Навсегда.

Ушел папа и помогать детям перестал, совсем.И где он, ни мама, ни бабушка не знают. Маме посоветовали в суд заявление написать, чтобы папу помог найти и деньги с него на детей взыскать – не просто все же одной троих ребятишек содержать. Суд помог, решение о взыскании алиментов принял, а так как местонахождение папы неизвестно, передал для принудительного исполнения судебным приставам.

Тут как нельзя вовремя и разъяснение из Роскомнадзора про фото должников пришло, мол, развешивайте, где хотите, закон позволяет. Ну, приставы и постарались. А что – современно очень. И единственная в Обломове компания, занимающаяся наружной рекламой, охотно навстречу приставам пошла и плакат о розыске должника разместила.

Первыми о переменах в семье Петьке сообщили одноклассники. «Ага, Петька, теперь ясно, почему у тебя брюки всегда протертые и кроссовки такие старые. От вас папка-то давно ушел, и денег вам не платит!». Новость разнеслась по школе быстро, непосредственные первоклассники придумали речевку для Андрюши и скандировали ее на переменах. Мудрые восьмиклассники Татьяне не говорили вообще ничего. Но смотрели искоса, низко голову наклоня, шушукались и громко хихикали. Конечно, несчастные Череззаборногузадирищенские были не единственными учениками школы, в семье которых не было папы и которым не платили алименты. Но уникальность фамилии в Обломове и огромное фото папы сделали свое дело.

Елизавете Николаевне от места на скамеечке у подъезда подруги-старушки отказали. Более того, теперь она сумерках выглядывает в  в окно, и, если скамеечка свободна, совершает стремительный марш-бросок до магазина и обратно, раз в месяц – на соседнюю улицу к невестке,чтобы поделиться своей трудовой пенсией с внуками. Всем стало «хорошо». Папашу пропавшего, нехороший он человек, конечно, видели в Обломове года три назад.Теперь – каждое утро на трех щитах в центре города, один – аккурат напротив школы.

Все имена, фамилии, названия городов изменены. Любые совпадения случайны. Петьку, Андрюшу и Татьяну жалко. Их маму и бабушку тоже. Но приставы ищут. Говорят, к концу месяца еще два билборда повесят– в горсаду напротив доски почета и у фабрики, где трудится мама.

Кстати, и раньше безо всяких разъяснений в отношении должников не очень стеснялись. Нафото двухгодичной (!) давности – должник, в отношении которого судебногорешения нет. А чего ждать-то? Ясно, что антисоциальный элемент. Кстати, компания в этом городе обломове сопровождалась слоганом «За долги «повесят»».

Приставы развернулись. Они и раньше в школы любили захаживать, чтобы про единоутробного папашу поспрашивать. Год назад, 30 августа 2011 г. «Российская газета» жизнерадостно сообщила, что «находчивый розыскник обнаружил в известной социальной сети страничку сына должника, где было указано место обучения ребенка. Затем приставы разузнали в школе адрес родителей и номера их телефонов». Методичка ФССП уверенно сообщает, что «определение фактического местопребывания должника-гражданина через образовательное учреждение, в котором обучаются его несовершеннолетние дети, является одним из перспективных методов в случае, если должник не проживает по месту своей регистрации». Ага, ага.

А уж теперь – совсем хорошо стало. И вот стройные ряды любителей познакомить общественность с частной жизнью не самых благополучных российских семей дружно пополняют судебные приставы. В Хабаровске, где планируют разместить фото с прочими данными на баннерах и мониторах в местах массового скопления людей, в общественном транспорте. В Набережных Челнах, где для этого подобрали неплохое место – мост Пединститута и при доброй воле типографии (а куда она денется?) собираются выпустить листовки про должников, на Ставрополье, где собираются использовать весь спектр возможностей публикации фото, от СМИ до Интернета, и еще во многих других городах и весях.

Бог в помощь.

Вот только подумайте про семью Череззаборногузадирищенских, мучительно ищущих способ продажи квартирки в Обломове и переезда в другой город, подальше от добрых дядей-приставов и детей-одноклассников, как известно, в определенном возрасте и в стае не знающих жалости.

Я уже писал об этой проблеме и высказывал свою точку зрения. И не надо обвинять меня в сочувствии должникам и уклонистам. Я их не люблю и никоим образом не оправдываю. Но у них есть семьи, которым жить, может быть, иногда – отдельно. Любая служба допускает ошибки, и ФССП тоже. Не все решения правосудны.

А пока из текста, цитируемого в Интернете, можно построить следующую цепочку:

· обработка биометрии (фото) (часть 2 ст.11 ФЗ-152) может осуществляться без согласия субъекта персональных данных в связи с исполнением судебных актов;

· обработка персональных данных в соответствии с п.3 ст.3 того же закона включает распространение - раскрытие персональных данных неопределенному кругу лиц;

· судебные приставы могут распространять без ограничений (публиковать) фото должников;

· в соответствии с п.5 части 1 ст.6 ФЗ-152 обработка персональных данных без дополнительного согласия необходима для исполнения договора, стороной которого является субъект;

· обработка включает распространение;

· сторона, с которой субъект заключил договор, вправе распространять его данные без ограничений;

· и так далее, включая распространение особых категорий персональных данных во всех допустимых случаях обработки.

То есть, если можно обрабатывать – значит, можно и распространять. Между тем, для для распространения персональных данных закон предусматривает всего 3 допустимых случая:

· доступ к данным предоставлен субъектом или по его просьбе;

· данные подлежат опубликованию в соответствии с федеральным законом;

· данные подлежат обязательному раскрытию в соответствии с федеральным законом.

Может быть, все-таки опубликовать открыто это самое разъяснение про фото должников, чтобы все понимали о чем речь. Мы так далеко можем пойти. Но почему-то не хочется.

… о которой так долго говорили, свершилась?

Бесконечные дискуссии о самых разнообразных аспектах обработки персональных данных, ведущиеся последние пять лет везде, где только можно их вести, дали, наконец, реальные плоды. Даже самый последний двоечник и полный лузер теперь знают, что персональные данные – один из самых простых способов отъема денег у государства и его населения. То, о чем так долго говорили, свершилось?

Еще в начале лета тревогу забили специалисты аналитического подразделения нашего агентства, мониторящие публикации по вопросам информационной безопасности. Количество противоправных действий и преступлений, связанных с использованием паспортных данных, начало стремительно расти. Люди научились использовать обычные сведения из документов, удостоверяющих личность, для быстрого обогащения.

И вот уже способный житель Самары, приобретя на местной горбушке компакт-диск со сведениями о горожанах, оформил 78 ничего не подозревающих граждан к себе на работу, заключил с Центром занятости населения договор об участии в программе по организации временного трудоустройства безработных, предусматривающий их привлечение к общественным работам, и получил за это из федерального и областного бюджетов 2 млн. рублей. По похожей схеме действовали начальник отдела и ведущий инспектор Центра занятости населения ЮЗАО Москвы. Они подыскивали регистрационные и уставные документы фирм, которые не вели хозяйственную деятельность, предоставляли от их имени в Центр занятости заявки на участие в программе по организации временного трудоустройства безработных, а также паспортные данные лиц, желающих найти работу. Дальше – понятно: договор между Центром и предприятием, перечисление денег из центра и т.д. Пикантная подробность – один из участников группы, предприниматель, ранее судимый за мошенничество, обеспечивал получение в различных банках столицы банковских карт на «трудоустроенных» граждан, на которые казначейство Москвы перечисляло деньги. И никто в банках и казначействе ничего не подозревал. Такая вот слепая вера в честность.

Научились мошенники тянуть деньги из Российского союза автостраховщиков (РСА), предъявляя поддельные документы об уступке прав требования автовладельцами, пострадавшими в ДТП, которые были застрахованы в страховых компаниях с отозванными (и не только) лицензиями. И там речь идет о миллионах рублей. А вот страховая группа «Адмирал», лишенная лицензии на страхование автомобилей, «забыла» вернуть в РСА 21 тысячу чистых бланков полисов ОСАГО. Между тем, РСА уже выплатил компенсации по обязательствам «Адмирала» на сумму 27,9 миллиона рублей при общем объеме обязательств до 153 миллионов. По информации «Прайм-ТАСС», теперь мошенники предлагают потерпевшим выкупить у них право на получение выплаты от «Адмирала», а затем используют персональные данные страхователей и подложные документы для взыскания денег с РСА.

В Смоленской области пачками выдавали автокредиты на владельцев утраченных и похищенных паспортов. Украли у трех не самых последних российских банков 130 миллионов рублей знающие люди, среди которых советник по защите бизнеса ООО «РусфинансБанка», через который эти денежки и выводились. Похожим способом орудовали две дамы в Южноуральске. Одна из мошенниц, работавшая в салоне сотовой связи, оформляла потребительские кредиты по украденным паспортам, а другая на полученные кредитные средства приобретала телефоны, ноутбуки и сбывала их. По той же схеме действовал и кредитный эксперт одного из банков Якутска, также оформлявший фиктивные кредиты, используя паспортные данные клиентов.

Председатель правления Республиканской общественной организации по защите прав заемщиков Башкирии, получив (видимо, ввиду слабой осведомленности персонала в вопросах безопасности) сведения о 40 тысячах клиентов одного из банков г.Уфы, под угрозой их распространения и причинения ущерба деловой репутации банка потребовал от банка оплаты его знаний, умножающих скорбь – всего-то 10 млн. рублей, и оформления автокредитов на приобретение двух автомобилей «Мицубиси» общей стоимостью 4 400 000 рублей с условием погашения их банком. Ну, это по-нашему: кто что охраняет, тот то и имеет. Охранял права заемщиков, так что же, им, этим правам, а заодно и сведениям о владельцах, зря пропадать? Монетизировать их, монетизировать…

Это примеры всего трех летних месяцев. Список можно продолжать долго, но настораживает то, что количество случаев мошенничества идет по нарастающей. Все они прямо связаны с использованием паспортных данных граждан. Между тем их копирование паспортов приобрело в стране масштаб стихийного бедствия. Паспорта без всякого согласия и обоснования кладутся на ксероксы в гостиницах при заселении и в кассах при покупке билетов, при выписке пропусков в каждый захудалый офисный центр, который еще вчера был хлебопекарней, а сегодня охраняется как режимный объект, копируются они и при каждой операции в банке. Я тут вежливо поинтересовался, почему при закрытии депозитного счета, открытии нового и переноса на него денег без моего физического контакта с ними с паспорта пять раз сняли копию. Грозно сославшись на инструкцию Банка России, ознакомить меня с ней отказались.

Между тем, за все время действия ФЗ-152 «О персональных данных» (а это пять с половиной лет!) в России не вышло ни одного документа, хоть как-то регламентирующего порядок копирования паспортов, хранения и использования копий. И каждый раз гражданину приходится выбирать – поселиться в забронированную гостиницу или идти с чемоданом искать более лояльную, забрать деньги из банка в обмен на копию паспорта или оставить их банку навсегда. Казалось бы, вот оно поле для приложения усилий уполномоченного органа, защищающего права субъектов. Но пока все ограничивается вялым штрафованием банков за наличие на копии паспорта фото как биометрических данных, на что отсутствует письменное согласие владельца. А сами-то копии зачем сделаны и хранятся? И сколько их у банка? И как они учтены? Кем? Где?

Вопросы без ответов…

Можно, конечно, жаловаться. Но об том – в следующий раз.

Изменения законодательства в области информационной безопасности и практики его правоприменения

Обзор основных изменений российского законодательства за последний год и практики его правоприменения судами, прокуратурой и надзорными органами – основная цель вебинара, который пройдет 6 сентября 2012 года.

Вебинар ориентирован на специалистов, которые хотят получить общее представление обо всех произошедших в последнее время законодательных изменениях, а также понимание их влияния на бизнес организаций, в которых они работают.

Ведущий вебинара – М.Ю. Емельянников, Управляющий партнер Консалтингового агентства «Емельянников, Попова и партнеры», автор более 200 публикаций в СМИ, по проблемам информационной безопасности, эксперт Консультационного совета Ассоциации российских банков по проблемам законодательства о персональных данных. Автор и тренер первых в России учебных курсов по вопросам защиты коммерческой тайны и персональных данных.

В программе вебинара:

• Наиболее значимые изменения российского законодательства в области информационной безопасности за последний год. Причины, направленность, возможные последствия изменений.

• Законодательство о персональных данных. Федеральный закон ФЗ-261 – новая редакция закона «О персональных данных», а не перечень поправок. Изменение базовых подходов к обработке персональных данных и правовых оснований для нее. Расширение круга персональных данных, доступных для неограниченного круга лиц и обрабатываемых без согласия субъектов (обязательное медицинское страхование, образование, исполнительное производство и др.).

• Есть ли в российских законах понятие конфиденциальной информации и что это такое?

• Ограничение доступа к информации о деятельности органов государственной власти и местного самоуправления. Его правомерность в условиях отсутствия закона о служебной тайне.

• Информационная безопасность при предоставлении государственных и муниципальных услуг в электронном виде. Обработка персональных данных при оказании государственных услуг.

• Информационная безопасность национальной платежной системы. Требования, регуляторы, ответственность.

• Лицензирование деятельности в области информационной безопасности – новый закон, новые положения.

• Обязательная сертификация средств защиты информации как форма оценки соответствия.

• Можно ли легально использовать зарубежные криптографические средства на территории России.

• Парадоксы правосудия – коммерческая тайна и персональные данные в российских судах. Закономерности и уникальные решения.

• Уступка прав требования и агентские схемы взыскания задолженности с физических лиц через призму персональных данных.

• Контроль, надзор и проверки. К чему готовиться, кого ждать.

Организатор вебинара - Учебный центр «Информзащита» обращает внимание заинтересованных специалистов, что системно, основательно и в прикладном аспекте вопросы, анонсированные в программе вебинара, рассматриваются в рамках различных курсов центра, в первую очередь – по тематике коммерческой тайны и персональных данных.

Вебинар состоится 6 сентября 2012 года, начало – 11:00. Продолжительность вебинара – 1,5 часа. Участие в вебинаре бесплатное, при условии предварительной регистрации на сайте Учебного центра «Информзащита».

Не по дороге с облаками

В течение последней недели как-то слишком часто попадаются статьи и заметки про облачные вычисления. Все, как на подбор – негативные, зато от людей и компаний, статус которых требует доверия как минимум. То Стив Возняк озаботится, то Гартнер холодненькой водичкой плесканет, а Наташа Храмцовская про это расскажет.

Периодические всплески интереса к любой теме – дело обычное. Но, почитав последние материалы, поймал себя на стойком déjà vu. Все это писалось и год, и два назад. Одними и теми же словами, применительно к одним и тем же ситуациям. С одной стороны, продавцы облачных сервисов убеждают нас, что корпоративные заказчики уже просто-таки рвутся в облака, с другой – за все эти годы нет ни одного внятного, обоснованного и убедительного ответа на крайне простые, очевидные вопросы:

1. Что происходит с данными, загруженными в облако, после выполнения действий, назначенных заказчиком (обработки, проведения вычислений, нажатии клавиши Delete на компе пользователя, работающего с облачной инфраструктурой)?

2. Какими конкретно механизмами обеспечивается разграничение доступа к информации в облаке между пользователями всех этих SaaS/IaaS/PaaS и вообще XaaS, кто и как подтвердил их надежность?

3. Что там с виртуальной архитектурой внутри облака, атаками на гипервизор, супер-пользователями и почему бы им не продать нашу информацию конкурентам, которые получают все по запросу здесь же?

4. Кто и как управляет ключами шифрования при закрытии канала передачи данных в облако? Почему это не АНБ/ЦРУ/Моссад/ФСБ/BND/MI5-MI6 (список продолжите сами)?

Перечень вопросов, сами понимаете, не исчерпывающий. И касается он только конфиденциальности. Но, как только вы поднимаете глаза вверх и смотрите на белогривых лошадок, у любого ИТ- или ИБ- директора в здравом уме и твердой памяти появляются нехорошие мысли про доступность и целостность. Перечень вопросов стремительно растет:

5. Кто конкретно и как отвечает за неизменность ваших данных в облаке? Чем это подтверждается?

6. Что вы будете делать, когда у вас не окажется доступа к интернету?

7. Что вы будет делать, когда провайдер откажет вам в услуге?

8. Что вы будете делать, когда ваши данные бесследно исчезнут?

9. Что вы будете делать, когда решите «найти себе другого провайдера, честного» и мигрировать к нему? Как вы перенесете свои данные и перенесете ли вообще?

Все эти годы вдвижения новых сервисов в умы и деньги заказчиков вместо ответов мы получаем то, что классик мировой революции называл эклектической похлебкой – общие слова про колоссальный опыт и ответственность разработчиков, огромное количество специфических облачных решений безопасности, описать которые «в данном интервью (статье, выступлении) не представляется возможным из-за ограничений во времени» (при том, что 95% их – маркетинговая лапша на уши), про неизбежность научно-технического прогресса и светлое будущее аутсорсинга всего, не относящегося к основной деятельности – в частности.

Я сам на всех своих курсах, переходя к разделу аутсорсинга безопасности, говорю о том, что история развития человечества – это история развития аутсорсинга, от первобытно-общинной семьи с забитым мамонтом как основным средством существования через коврики под автомобилями 20 века в воскресные погожие дни к «Check engine. Code 235709» сегодня. Все так.

Но отсутствие внятных ответов на все выше поставленные вопросы заставило меня вернуться к собственному посту и презентации годичной давности.

Я не нашел не только 33, но и 3 отличия от того, что происходит сегодня. Для информационных технологий и информационной безопасности с точки зрения нейтрализации возникающих угроз год – период огромный. И если за это время на технологические вызовы нет соответствующей реакции, зато заметен рост агрессивности маркетинга, это неспроста. И у меня, как безопасника, появился новый вопрос. Провайдеры облачных услуг, а как и где заказчик может познакомиться с логами событий безопасности, связанными с его конкретно данными? Они вообще-то есть? И как там с таргетированными атаками, всякими новыми Stuxnet’ами, Flame’мами, Gauss’ами? Ведь красть с колхозного поля всегда легче, чем с личной делянки - оно большое, с чужой картошкой и спать хочется в конце концов.

Боюсь, что до получения не просто ответов, а обязательств, закрепленных в договорах с провайдерами, публичные облака останутся областью применения для почтовых сервисов и личных файлов, а про международные корпорации, перенесшие в них свою информационную инфраструктуру (названия, по понятным причинам, не раскрываются), нам придется верить продавцам воздуха облаков на слово. Публичных, потому что чем отличается частное облако от обычного коммерческого ЦОДа, я внятных объяснений за все это время, ни разу так и не услышал. Ну, кроме системы расчетов за представленные услуги, конечно.

Опять про фото, биометрию и исполнительное производство

На сайте Службы судебных приставов вчера появилась интересная публикация.

В ней сообщается, что Роскомнадзор в ответ на обращение директора Федеральной службы судебных приставов А.О.Парфенчикова дал заключение, что судебные приставы имеют право распространять фотографии должников. Попутно там же сообщается, что фотографии относятся к  биометрическим персональным данным, поскольку характеризуют физиологические и биологические особенности человека, на основании которых можно установить его личность.

На сайте Роскомнадзора и портале «Персональные данные» найти следов этого ответа судебным приставам не удалось.

Между тем сообщение весьма знаковое. В нем содержится целый ряд серьезных выводов, применение которых на практике может иметь значительные последствия.

Первое. Фотография – не важно какая - цифровая или аналоговая на бумаге – это биометрические персональные данные. Я, собственно, давно в этом был уверен при одной оговорке – это биометрия, оборот которой регулируется ФЗ-152 «О персональных данных» только в случаях, когда фото используется оператором для установления личности субъекта. Поэтому паспорт (не биометрический в том числе), пропуск с фотографией и листовка «Разыскивается» - суть носители биометрических персональных данных.

Второе. ГОСТ Р ИСО\МЭК 19794-5-2006, на который так любят ссылаться некоторые оппоненты, проводя границу между фото-биометрией и фото-не биометрией, абсолютно не при чем. Можно по фото опознать человека (установить личность) и оно используется именно для этого – значит, биометрические персданные.

Третье. Фото, подпадающее под это определение, может быть абсолютно любым - из документа, личного дела, бытовое, в том числе выложенное в социальной сети самим субъектом. Про использование социальных сетей для поиска должников приставами уже написано-переписано много чего. Какое найдут приставы фото – то и будут использовать для размещения там, где посчитают нужным. И это мне также представляется совершенно очевидным.

И, наконец, самое важное – четвертое. И с ним далеко не так просто, как с первыми тремя выводами. Приставы ссылаются на часть 2 ст.11 ФЗ-152, допускающую обработку биометрических персональных данных без согласия субъекта в связи с исполнением судебных актов. Вопросов нет – приставам согласия должника на использование (вид обработки по закону) его фото, конечно,  получатьне надо. Но, как известно, в ФЗ-152 содержится масса норм, допускающих сколь угодно широкое их толкование. К способам обработки персданных относится, в том числе, и их распространение – действия, направленные на раскрытие персональных данных неопределенному кругу лиц. Т.е. формально все вроде бы пока правильно.

Но, с другой стороны, опубликование персональных данных в том смысле, как оно видится в сообщении Службы судебных приставов – это включение биометрических персональных данных в общедоступные источники, типа доски почета за территорией завода, но только наоборот. А на это надо уже письменное согласие субъекта, которое может быть в любое время отозвано. Исключение из этого правила – в п.11 части 1 ст.6: обработка персональных данных, подлежащих опубликованию или обязательному раскрытию в соответствии с Федеральным законом. А вот тут - загвоздка. С 1 января этого года вступили в силу изменения в Федеральный закон от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», предусматривающие создание и ведение Федеральной службой судебных приставов, в том числе в электронном виде, банка данных, содержащего сведения, необходимые для осуществления задач по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц.

Проблема же в том, что закон (статья 6.1) определяет исчерпывающий, закрытый перечень сведений этой самой базы данных, которые являются общедоступными. Ну, и вы, конечно, уже догадались – фото в этом перечне нет. Совсем.

Не в первый раз органы исполнительной власти расширили сферу применения федерального закона на основании своего мнения, писем и заключений. Но что-то подсказывает, в этот раз просто не получится. 

Пятничное: к открытию Олимпиады в Лондоне

Сегодня вечером открытие Олимпиады, если кто не знает.  В Лондоне к ней тщательно готовились, уделяя особое внимание теме безопасности, которая так близка, думаю, всем читателям моего поста. Даже ракетные комплексы «земля-воздух» на крыши домов поставили.

Иллюстрацией к тому, насколько это все серьезно, может служить происшествие, свидетелями которого стали наши хорошие знакомые, живущие в самом центре Лондона.

Итак, дорогой, престижный район. Рядом – знаменитая Бейкер-стрит, с крыши трехэтажного особнячка, где знакомые и проживают, видны Хэрродз и Сэлфриджес.

И вот в начале этой недели детишки соседей решили поиграть. В войнушку. Достали из своих детских арсеналов лучшие образцы стрелкового вооружения, проверенные калаши и М16, и отправились на операцию …, ну конечно же, на крышу этого самого дома.

Бой был жарким, но недолгим. Через несколько минут над крышей завис полицейский вертолет. Еще через несколько узенькие переулки чинного фешенебельного квартала забили восемь полицейских машин, из которых повыскакивало человек 15 полицейских (остальные остались на подстраховке внизу, блокировав все пути к отступлению). После короткого штурма крыша была взята под контроль, а детишки – под охрану. Через некоторое время приехал следователь. Любопытных соседей, интересовавшихся неожиданными событиями во всегда тихом доме, попросили оставаться в квартирах. Особо любопытным, пытавшимся подсматривать в дверные глазки, лондонские «бобби» эти самые глазки заклеили. Снаружи, естественно – никакого незаконного вторжения.

В общей сложности операция по блокированию малолетних террористов, включая следственные действия, продолжалась 4 часа.

Жертв и пострадавших не отмечено. Оружие, похоже, изъято. Вертолет улетел.

Олимпиада откроется сегодня, 27июля (точнее, уже завтра), в 00 часов Москвы. Хороших вам выходных. У телевизора с Олимпиадой. Она под надежной защитой.

Вебинар: Типовые ошибки операторов при построении системы защиты персональных данных

Во вторник, 24 июля компания «Код Безопасности» проводит бесплатный вебинар «Типовые ошибки операторов при построении системы защиты персональных данных. Способы решения проблем соответствия требованиям 152-ФЗ». Ну, а рассказывать про типичные ошибки и способы достижения соответствия требованиям регуляторов буду я.

В основе семинара – обзоры типичных нарушений, выявляемых в ходе контрольной и надзорной деятельности, в первую очередь – ФСБ России и ФСТЭК России, поскольку речь пойдет, в основном, о проблемах технической защиты. Бытует расхожее мнение о том, что до наделения этих органов соответствующими полномочиями на предприятиях и в организациях, не являющихся государственными, проверок с их стороны ждать не стоит. Да и планы проверок этих уважаемых федеральных служб составлены так, что разобраться в них сложно – в плане ФСТЭК на 2012 год среди поставленных целей проверки выполнения требований по защите персональных данных нет, а в плане ФСБ проверяемые вопросы вообще не указаны, и узнать из него, какие проверки будут проводиться именно по тематике персональных данных, нельзя.

Но есть еще сайт Генеральной прокуратуры, на котором размещен «Сводный план проверок субъектов предпринимательства на 2012 год». И пусть вас не смущает название – в плане есть сведения не только о проверках коммерческих организаций, но и органов власти. Построен он, правда, в виде поисковой системы, а среди параметров поиска целей проверки или проверяемых вопросов нет. Но если надо узнать, включена ли в план конкретная организация, и кто ее будет проверять, сделать это довольно легко. Можно попробовать и навскидку. Так, при вводе всего двух параметров – субъекта федерации и надзорного органа, можно выяснить, что из пяти проверок ФСБ, например, в Республике Адыгея три посвящены контролю за выполнением хорошо знакомого всем читателям Постановления Правительства № 781, т.е. как раз защите персональных данных с использованием криптографических средств.

Деятельность ФСБ и ФСТЭК в области персональных данных не так публична, как Роскомнадзора. Но кое-что узнать о ней все-таки можно. Я уже писал, что в этом году в «Отчет о деятельности Уполномоченного органа по защите прав субъектов персданных за 2011 год» включены сведения о проверках этих федеральных служб. Есть еще публичные выступления на различного рода конференциях и редкие статьи в специализированных изданиях.

На базе всего этого материала и будут проанализированы типичные недостатки при построении подсистемы безопасности информационных систем персональных данных, вызывающие претензии регуляторов, а к ним добавим еще и те ошибки, которые иногда выявляются в ходе проектной деятельности и связаны с подходом самого оператора персональных данных к их обработке. Т.е. говорить мы будем про грабли в траве, наступать на которые смысла никакого нет.

Предвижу ехидные записи, появляющиеся на подобных проводимых мною вебинарах в чате: «Рекламная пауза!». Да, «латание дыр» и эффективные решения будут проиллюстрированы примерами с продуктами компании «Код Безопасности». Если кто-то ждет чего-то другого от бесплатного вебинара, организуемого и проводимого вендором, стоит задуматься над адекватностью восприятия мира J и воздержаться от участия в этом мероприятии

Регистрируйтесь. На прошлом вебинаре было более 200 слушателей. Мест, как показывает опыт, может не хватить тем, кто решит поучаствовать слишком поздно.

Безопасность критически важных объектов. Послесловие

После публикации Cnews комментариев к «Основным направлениям государственной политики в области обеспечения безопасности автоматизированных систем управления производственными и технологическими процессами критически важных объектов инфраструктуры Российской Федерации» в наше агентство поступает много вопросов, связанных с этим документом.

Поскольку, по понятным причинам, портал опубликовал только часть из наших комментариев, и тема вызывает живой интерес, наш полный текст публикуем ниже.
_____

Безопасность АСУ ТП в целом, и тем более на критически важных объектах инфраструктуры, - одна из наиболее острых проблем на сегодняшний день, и государственное регулирование этих вопросов, безусловно, необходимо.

Очень важным представляется предусмотренное «Основными направлениями…» создание единой государственной системы обнаружения и предупреждения компьютерных атак на критическую информационную инфраструктуру и оценки уровня реальной защищенности ее элементов.

К другим достоинствам документа я бы отнес выдвижение требований к разработчикам систем АСУ ТП и введение ответственности за нарушение порядка их разработки, однако, учитывая, что большинство из них – зарубежного производства, не ясен порядок реализации этого требования.

Документ четко определяет необходимость использования механизмов лицензирования и сертификации при обеспечении безопасности автоматизированных систем управления критически важными объектами (КВО).

Проблемы – нет исчерпывающего перечня критически важных объектов инфраструктуры и объектов повышенной опасности в Российской Федерации. Т.е. что делать – определяется, а вот кому – пока не ясно.

Безопасность критической информационной инфраструктуры рассматривается почему-то только с точки зрения защищенности от компьютерных атак, а вот угрозы не антропогенного характера – стихийные бедствия, катастрофы на объекте, пожары, угрозы терроризма, не связанные с компьютерными атаками, почему-то в качестве угроз не рассматриваются, хотя они весьма и весьма реальны и могут привести к катастрофическим последствиям.

Не ясен механизм предусмотренного документом недопущения технологической или иной зависимости от иностранных государств при осуществлении деятельности в области обеспечения безопасности автоматизированных систем управления КВО в условиях, когда большинство используемых в России систем АСУ ТП (SCADA) – зарубежного производства, а Минсвязи, в лице нового министра, говорит о нецелесообразности продолжения работ по созданию национальной программной платформы. Да и предусмотренное «Основными направлениями…» создание условий, стимулирующих развитие на территории Российской Федерации производства телекоммуникационного оборудования, устойчивого к компьютерным атакам, без создания реальных преференций разработчиками и их государственной поддержки может остаться только лозунгом.

Пункт 10 «Основных направлений…» предусматривает выполнение очень большого объема работ, который может быть профинансирован и реализован только государством, однако об источниках финансирования в документах нет ни слова.

Совершенно непонятны методы реализации предусмотренных п.12 мер, связанных с квалификацией руководителей и персонала объектов, осведомленностью граждан в области информационной безопасности, тем более, что системы аттестации в области ИБ в нашей стране нет вообще, а задача «формирования в общественном сознании нетерпимости к лицам, совершающим противоправные деяния с использованием информационных технологий» представляется совершенно абстрактной.

В нарисованной в п.17 дорожной карте реализации «Основных направлений…» не просматриваются работы по определению требований к безопасности АСУ ТП КВО, в том числе – к их разработчикам, что очень удивительно.

И, наконец, в документе вообще не упоминается ФСТЭК России, фактически все функции реализации программы возлагаются на ФСБ России, в зоне ответственности которой ранее были только криптографические средства защиты и информационная безопасность высших органов власти. Между тем, реализация «Основных направлений…» требует принятия большого количества нормативно-правовых актов, часть которых, в соответствии с действующими документами, входит в компетенцию ФСТЭК России.
_____

Также мы можем порекомендовать познакомиться с интересной, на наш взгляд, точкой зрения Алексея Лукацкого.

Безопасность критически важных объектов: процесс пошел!

Почти год назад я написал большой пост про автоматизированные системы управления технологическими процессами (АСУ ТП) и колоссальные опасности, связанные со злоумышленным вмешательством в их работу. С тем, что тема крайне важная, соглашаются в последнее время все эксперты. Привлекла она, наконец, и внимание Совета безопасности, принявшего 12 июля «Основные направления государственной политики в области обеспечения безопасности автоматизированных систем управления производственными и технологическими процессами критически важных объектов инфраструктуры Российской Федерации». Новый документ сегодня подробно комментирует CNews.

Так что, коллеги, процесс пошел и, может быть, недалеко то время, когда приоритетом общества и государства станет обеспечение реальной безопасности ее граждан.

Читая приговоры…

Лето оказалось совсем не отпускным. Столько работы в это время еще никогда не было. Особенно активизировался интерес к коммерческой тайне. В ходе одного из проектов пришлось детально разбираться с решениями и приговорами судов по поводу разглашения коммерческой тайны.

Из них можно вынести много весьма полезной информации о том, как воспринимаются судами аргументы сторон при разборе подобных дел, и что надо учесть (куда соломки подстелить), если одной из задач установления режима является возможность привлечения виновного в нарушении исключительных прав на секрет производства к дисциплинарной, административной или уголовной ответственности. Я как-то об этом писал, но появились и новые решения.

Итак, первое и главное. В последние пару лет суды научились анализировать полноту принятия мер по установлению режима, предусмотренных частью 1 статьи 10 ФЗ «О коммерческой тайне» и организации работы с информацией, составляющей коммерческую тайну (ИКТ), предусмотренных частью 1 статьи 11. Это очень радует, поскольку ранее судьи в это особо не вникали. К примеру, не признается законным увольнение работников по п.п. «в» пункта 6 ст.81 ТК РФ (разглашение охраняемой законом тайны, ставшей известной работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей), если даже часть режимных мер не принята – нет учета лиц, получивших доступ к ИКТ или грифов на документах в электронном виде. Можно высекать на граните и ставить на проходной организации цитату из одного приговора: А.Б.В. «не может нести неблагоприятные последствия за бездействие других работников этого юридического лица, ненадлежащую организацию с их стороны работы по охране сведений конфиденциального характера, невведение обладателем информации в отношении нее режима коммерческой тайны».

Суды, как с этим не пытаются спорить некоторые коллеги, принимают доказательства неправомерных действий, собранные службой безопасности или ИТ-подразделением пострадавшего работодателя, - электронные письма, копии баз данных, даже логи, причем, по понятным причинам, к электронным письмам отношение гораздо более благосклонное, чем к логам. А вот конструкции типа «мог предположить, что данные сведения составляют», «имел основания полагать», «другие лица, кроме него, не могли», отметаются напрочь. Как замечательно написано в одном из приговоров, «предположительные доводы органа предварительного следствия и стороны государственного обвинения о наличии в действиях А.А.А. состава преступления, не основаны на нормах материального и процессуального права и не могут быть положены в основу обвинительного приговора суда». А в одном из процессов суд напомнил работодателю, что такого основания для отстранения от работы, как разглашение секретов, Трудовой кодекс не предусматривает (см.ст.76 с исчерпывающим перечнем оснований).

Весьма значительная часть судебных процессов посвящена краже, выносу, уносу, продаже, передаче клиентских баз. Недаром профессия «менеджер по продажам со своей базой» - самая востребованная на рынке труда. При этом, определяя обладателя охраняемой информации и возможность ее независимого получения самостоятельно одной из сторон, суды стали сравнивать оспариваемые сведения, и, при наличии большого количества совпадений, принимать сторону того, от кого эта информация ушла к конкуренту.

Есть совершенно замечательные решения. Суд посчитал отправку работником письма с персональными данными другого работника со своего служебного почтового ящика на свой же почтовый адрес публичного сервиса www.mail.ru разглашением. Читаем внимательно: «Пользовательским соглашением, текст которого размещен на сайте www.mail.ru, в соответствии с условиями которого ООО «Мэйл. Ру» может как ограничивать, так и разрешать доступ к информации, содержащейся в электронных почтовых ящиках. Следовательно, в силу ст. 2 ФЗ "Об информации, информационных технологиях и защите информации" названная компания является обладателем информации». Вот так. Поэтому увольнение по тому же п.п. «в» пункта 6 ст.81 ТК РФ (разглашение персональных данных другого работника) суд посчитал правомерным, причем доказательства отправки сам работодатель в суд и принес. На заметку всем обладателям охраняемой законом информации. Открывается новый пласт ограничительной деятельности, особенно для тех, кто допускает использование публичных почтовых сервисов.

В связи с этим очень интересным представляется еще одно решение. Определяя обязанности своего работника по охране коммерческой тайны, обладатель обязал его «не распространять сведения, составляющие конфиденциальную информацию, следующими способами: устно, письменно, в средствах массовой информации». А он отправил их «электронным способом, не охватываемым условиями Соглашения о конфиденциальности, соответственно чему доказательств распространения работником конфиденциальной информации способами, предусмотренными Соглашением о конфиденциальности, суду ответчиком не представлено». А? Каково? Я всегда говорил, что в защите информации ограниченного доступа 80% работы связано с правовыми и оргмерами, и только 20% - с техническими.

И, наконец, про технические меры. Сложилось впечатление, что будь у пострадавших от неправомерных действий инсайдеров поставленная система контроля-блокирования-логирования, и дел самих могло бы не быть, а уж если случилось бы – в суде выиграли бы точно.

Замечательная коллекция

Постепенно складывается замечательная коллекция – паспортно-визовый центр, исправительная колония и т.д.

ФГУП «Паспортно-визовый сервис» ФМС России привлечено к административной ответственности за непредставление сведений об обработке персональных данных - http://64.rsoc.ru/news/news38330.htm.

Управлением Роскомнадзора по Республике Мордовия в отношении Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 13 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по РМ» составлен и направлен мировому судье для рассмотрения административный протокол по статье 19.7 КоАП РФ за непредставление в государственный орган сведений, предоставление которых предусмотрено законом и необходимо для осуществления этим органом его законной деятельности - http://rsocnews.ru/2012/05/28/post11270/.

Интересно, как все это влияет на «обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну», ради которых принят 152-ФЗ «О персональных данных», и кому не ясно, что все подобные организации (как и все юрлица) обрабатывают персональные данные? Может, не надо мешать им работать и делать дело, предписанное законом?

Что день грядущий... Или ждать ли изменений требований к средствам защиты персональных данных?

Именно такого рода вопросы я часто получаю в последнее время. Информация ниже – мой ответ для интересующихся этой темой.

Появилось огромное количество публикаций относительно темы обязательности сертификации средств защиты персональных данных. Отсутствие слова «сертификат» в новой редакции Федерального закона «О персональных данных», Постановлении Правительства России № 781 2007 года и даже в Приказе ФСТЭК России № 58 постоянно рождает надежду, что можно придумать какой-нибудь другой способ подтверждения соответствия, который не привел бы к конфликту с регулятором в ходе проверки, и не был бы связан с обязательной сертификацией средств защиты в системах ФСБ и ФСТЭК, изначально созданных под государственную тайну.

Мои рассуждения на тему можно ли найти другой способ подтверждения соответствия, который не привел бы к конфликту с регулятором в ходе проверки, и не был бы связан с обязательной сертификацией средств защиты – в статье, опубликованной компанией «Код безопасности».